Гайдаровцы Медведева завели страну в тупик?


При этом производственный сектор российской экономики удерживается на плаву исключительно благодаря низкотехнологичным производствам низких переделов, являющихся фундаментом и базой той самой "экономики трубы", с которой на словах и борются российские чиновники.

Именно рост добычи невосполнимого минерального сырья на 1% позволил на бумаге компенсировать спад в обрабатывающей промышленности на 0,2% и в системе естественных монополий (производстве электроэнергии, газа и воды) на 0,9%. И это притом что еще годом ранее в обрабатывающем комплексе фиксировался рост производства аж на 4,8%, а в естественных монополиях рост составлял 1,6%. Столь масштабного спада в производственном комплексе России не наблюдалось более 4 лет - со времен пространных рассуждений о "тихой гавани" и "островке стабильности", в итоге обернувшихся глубочайшим спадом производства, инвестиций и занятости зимой 2008-2009гг. Как и сегодня, 5 лет назад российские чиновники вместо разработки и реализации программы антикризисных мер, нацеленной на оказание поддержки отечественным производителям, поддержание платёжеспособного спроса и снижение стоимости кредитных ресурсов с целью расшивания узких мест в финансовой системе, занимались откровенным словоблудием и самоуспокоением, проводя сеансы массового гипноза и нейролингвистического программирования.

Кроме нефтегазового комплекса и угольной промышленности в России больше ничто не подает признаков жизни. И если в обрабатывающих производствах в августе по сравнению с июлем текущего года темпы спада замедлились с 1,5% до 0,2%, то в системе естественных монополий темпы сжатия производства выросли с 1,8 до 2%.

Не лучше обстоят дела со всеми другими макроэкономическими индикаторами – Росстат отчитался о предварительных итогах социально-экономического развития России (правильнее было бы говорить об итогах нарастающей деградации и примитивизации производства) в январе-августе 2013г. И это оценки лишь подтверждают тезис о дефолте ресурсно-сырьевой модели «роста без развития», зиждившейся на хищнической эксплуатации трудовых ресурсов, производительного капитала, инфраструктуры и проедании поступающей в Россию экспортной валютной выручки от распродажи невосполнимых природных ресурсов. Так, инвестиции в основной капитала по итогам первых восьми месяцев 2013г. сжались на 1,3% - худший показатель с осени кризисного 2009г. Причём в августе месяце по сравнению с аналогичным периодом 2012г. масштабы падения и вовсе достигли 3,9% - откровенный провал на фоне роста на 7,8% годом ранее.

Грузооборот на транспорте, являющийся одним из самых репрезентативных макроэкономических показателей демонстрирует снижение на 0,6%, что выглядит удручающе на фоне роста на 2,9% в январе-августе 2012г. Хуже того, грузооборот на железнодорожном транспорте по итогам первых восьми месяцев 2013г. сжался на 2,8%, тогда как ещё годом ранее прирост достигал 5,2%. Тогда как объём погрузки грузов на ж/д транспорте демонстрирует сильнейший за последние 4 года спад на 3,2% после роста на 3,4% годом ранее. Весьма показателен спад погрузки продукции обрабатывающих производств – рыбы – на 11,5%, комбикормов – на 4,8%, лесной продукции – на 4,1%, строительных грузов – на 4,7%, лома чёрных металлов – на 9,4%, станков, оборудования и продукции машиностроения – на 6-10%, а погрузка зерна и продукции перемола обвалилась ни много ни мало на 38,7%.

Крайне неблагоприятная ситуация складывается с раскручиванием маховика инфляции – если индекс потребительских цен ускорился 4,3% в январе-августе 2012г. до 7% в аналогичном периоде 2013г., то индекс цен производителей промышленных товаров не только не продемонстрировал роста, но даже снизился с 6,1% до 4% за рассматриваемый промежуток времени. Скачкообразный рост цен на товары и услуги для потребителей на фоне усиления дефляционных тенденций в производственном секторе экономики вкупе с усиливающимся спадом активности в промышленности является крайне негативным сигналом о депрессивном состоянии отечественной промышленности, разрастании инфляционных ожиданий и возрастающем влиянии немонетарных факторов инфляции: избыточной монополизации экономики, скачкообразном росте цен на топливо и услуги естественных монополий, произволе перекупщиков и спекулянтов, возрастающем налоговом бремени на конечное потребление и т.д.

Весьма примечательно, что даже основной столп отечественной экономики – потребительская активность – разрушается на глазах: темпы роста розничного товарооборота замедлились практически в два раза (с 7,1 до 3,9%), несмотря на продолжающееся надувание пузыря в сегменте потребительского кредитования населения (темпы роста кредитования физических лиц по-прежнему достигают 38-40%). Аналогичные тенденции с оказанием платных услуг населению – темпы роста сжались с 3,8% до 2,3% - сильнейший спад с кризисного 2009г. Инвестиции и чистый экспорт уже сегодня находятся в отрицательно зоне и вносят негативный вклад в экономическую активность России.

Спрос со стороны государства в виде государственного заказа и инвестиций подвергается урезанию за счёт секвестрования бюджетных расходов в лучших традициях 1990-х годов, что лишь подавляет инвестиционную и производственную активность, а также негативно сказывается на динамике платёжеспособного спроса. Тогда как потребительская активность населения находится вблизи минимальных отметок за последние 4 года, что лишь обостряет депрессивно-коматозные тенденции в производственном секторе. Да, с формальной точки зрения реальные располагаемые доходы россиян растут на 4,1% в январе-августе 2013г, что заметно лучше 3,5% годом ранее. Однако важно отдавать себе отчёт, что этот рост во многом является статистической фикцией.

Во-первых, в России наблюдается непозволительная по своим масштабам имущественная пропасть – душевые доходы растут главным образом у наиболее состоятельной и зажиточной части населения, сконцентрировавшей в своих карманах свыше 60% доходов и 80% собственности: олигархов, топ-менеджеров крупных сырьевых компаний, госбанков и госкорпораций, а также самих чиновников. Напомним, что в этом году в Администрации Президента и Аппарате Правительства заработные платы были «проиндексированы» аж на 55-65% и превысили отметку в 160-175 тыс. рублей, что в 5 раз превышает средний уровень заработных плат по стране в целом (который, к слову сказать не получают 73-75% россиян). Во-вторых, реальные масштабы инфляции в России в 1,5-2 раза отличаются от официально публикуемых и предварительно «причёсанных» оценок Росстата – с учётом реальных темпов роста цен уровень жизни большей части населения России неуклонно снижается на протяжении последних лет.

В-третьих, даже этот «бумажный» рост благосостояния россиян практически никоим образом не сказывается позитивно на отечественной экономике и промышленности: подавляющая часть этих средств направляется на приобретение импортных товаров, которые сокращают и без того отрицательный вклад чистого экспорта в ВВП России, усиливают сокращение профицита торгового баланса и текущего счёта платёжного баланса, вымывают из России иностранную валюту, а также стимулируют девальвацию рубля и размывание международных валютных резервов Центрального Банка России.

В данном случае рост потребительского кредитования играет против отечественной экономики и остатков несырьевой промышленности – ценой втягивания в большинстве своём бедного населения в долговую петлю Правительство финансирует экономически рост за рубежом и кредитуют модернизацию стратегических конкурентов России, проедая сбережения населения и частного сектора, которые направляются не на финансирование модернизации и технического перевооружения отечественных производств (а также замену трудоёмкого производства капиталоёмким), а на кредитование иностранных производителей. В очередной раз получается, что внутренние ресурсы России работают в интересах транснационального капитала и глобального бизнеса, подавляя отечественный несырьевой и не спекулятивный производительный капитал.

Наряду с этим буквально на глазах усиливается зависимость отечественной экономики от импорта – по итогам восьми месяцев текущего года экспорт падает на 2,5%, а импорт в стоимостном выражении прибавляет 4%. Наряду с этим погрузка импортных грузов продемонстрировала рост на 3,4% в январе-августе текущего года на фоне спада погрузки остальных грузов отечественного производства практически на 4%.

Отечественная сырьевая экономика полуторных переделов, создающая в силу господства дезинтегрированного компрадорско-олигархического капитализма низшей стадии лишь 2,5 рубля добавленной стоимости в обрабатывающей промышленности на один рубль сырья (в ЕС мультипликатор добавленной стоимости достигает 8,5-9, а в США и Японии свыше 12 и 15 денежных единиц соответственно), всё плотнее садится не только на иглу внешних займов, но и на иглу импортных товаров. Крайне низкая степень конкурентоспособности отечественной «экономики трубы» обусловливает утрату контроля не только за внешними рынками сбыта (в большинстве своём утрата произошла ещё в разгар «перестройки» и в начале 1990-х годов), но и за собственным внутренним рынком.

Деградация и примитивизация внешней торговли


Мало того, что буквально на глазах происходит разрастание дисбалансов во внешней торговле, сопровождаемое сильнейшим спадом экспорта и увеличением зависимости от импортных товаров, так ещё наряду с этим происходит стремительная деградация структуры внешнеторгового оборота и примитивизация самой формы участия России в системе международного разделения труда. Согласно официальным данным Росстата, по итогам января-июля 2013г. свыше 71,3% стоимостного экспорта товаров пришлось на долю топливно-энергетических товаров. Тогда как годом ранее доля ТЭК не превышала 70,8%, а в начале 2000-х годов – 63%.

Если учесть металлы и продукцию из них (8%), продукцию химической промышленности (5,9%), древесину и целлюлозно-бумажные изделия (2,1%), а также продовольственное сырьё (1%), то окажется, что на долю невосполнимого минерального сырья, природных ресурсов и продукции низких переделов приходится порядка 88,3% суммарного экспорта России. Россия продолжает обменивать свои природные богатства на продукцию «печатного станка» - те самые нефтедоллары, которые в неограниченном количестве создаются ФРС США, ЕЦБ, Банком Японии, Банком Англии и другими эмиссионными центрами. Годом ранее на долю сырья и продукции первичной переработки приходилось порядка 89% стоимостного экспорта России. Другими словами, никаких позитивных изменений в экспортной структуре России не происходит.

Аналогичные тенденции отмечаются в сфере импорта. На фоне сильнейшего с 2009г. снижения экспорта основных товаров фиксируется стагнация импорта машин и оборудования (прирост не превышает 0,3%), которые должны были обеспечить техническое перевооружение изношенных на 60-70% основных фондов, качественное повышение уровня производительности труда, а также внедрение трудо- и ресурсосберегающих технологий, без которых не мыслимы ни модернизация, ни инновации, ни преодоление пресловутого «сырьевого проклятия», ни достижение остальных компонентов «майских указов».

При этом важно понимать, что на долю машин и оборудования с формальной точки зрения приходится порядка 48,9% стоимостного импорта товаров в Россию (годом ранее – 50,3%). Однако, если очистить этот показатель от товаров неинвестиционного назначения (легковых автомобилей, мотоциклов, бытовой техники, мобильных телефонов, ноутбуков, аудиоплееров, телевизоров, холодильников, чайников, стиральных машин и т.д.), то окажется, что на долю станков, машин, оборудования и прочих товаров инвестиционного назначения приходится не более 20-25% стоимостного импорта товаров в Россию. Лишь четвёртая или пятая часть от всех ввозимых на территорию России товаров нацелена не на текущее потребление и удовлетворение платёжеспособного спроса населения (прежде всего, 10-15% его наиболее состоятельной части), а на возрождение отечественной несырьевой промышленности и развитие наукоёмких производств.

Да, можно было бы предположить, что стагнация импорта машин и оборудования в январе-июле 2013г. обусловлена невиданным ростом конкурентоспособности отечественной обрабатывающей промышленности и отрасли инвестиционного машиностроения. Ничего подобного не наблюдается – никаких признаков оживления в отечественной «экономике трубы», попавшей в депрессивно-коматозное состояние, не отмечается.

По итогам первых восьми месяцев 2013г. отечественное производство машин и оборудования сократилось на 7%. Тогда как выпуск электрооборудования, а также электронного и оптического оборудования демонстрирует спад на 4%, а в производстве транспортных средств, которые также являются инновационно ёмкой отраслью промышленности с высоким инвестиционным мультипликатором и мультипликатором добавленной стоимости, фиксируется спад на 1,9%. Другими словами, буквально на глазах сворачиваются инвестиционные программы по модернизации производства и инфраструктуры.

Весьма показательно, что наряду с этим отмечается ускоренный рост зависимости российской экономики и внутреннего потребительского рынка от импортных товаров – по итогам января-июля 2013г. ввоз из-за рубежа импортных продовольственных товаров увеличился аж на 5,8%. При этом импорт сухого молока подскочил на 32,1%, сыров и творога – на 11,1%, капусты - на 15,4%, лука и чеснока – на 5,7%, винограда – на 14,7%, яблок – на 13,5%, капусты – на 64,1%, пальмового масла – на 39,9%, кокосового масла – на 34,4%, подсолнечного масла – на 81,1%. Тогда как экспорт злаков упал на 54,8%: пшеницы – на 58,9%, ячменя – на 53,4%, кукурузы – на 19,5%, риса – на 57,7%, пшеничной и ржано-пшеничной муки – на 57,3%, а экспортные поставки за пределы России семян подсолнечника и вовсе обвалились на 93%.

Другими словами, Россия утрачивает позиции не только на внешнем, но и на внутреннем рынках, что является закономерным результатом проводимых в России псевдорыночных преобразований, а также разгула «рыночного фундаментализма» и «кудринизма», которые обернулись разрушением остатков высокотехнологичной обрабатывающей промышленности, загниванием несырьевых производств, эрозией научно-технического и инновационного потенциала, а также усилением зависимости отечественной экономики, бюджетной системы и финансового сектора от поступления экспортной валютной выручки. Структурно-технологическая деградация идёт полным ходом, а пропасть между разорванными в 90-е годы в ходе по-гайдаровски разрушительной «шоковой терапии» и и «насаждения рынка» производственно-технологическими цепочками не только не сокращается, но даже продолжает разрастаться.

Без вертикальной интеграции собственности, труда и производительного капитала и стратегической национализации ключевых высот в экономике, которая позволит вернуть под контроль государства природно-сырьевую, монополистическую, инфраструктурную и. безусловно, ссудно-процентную ренту, даже теоретически невозможно преодолеть существующую дезинтеграцию народного хозяйства и соединить воедино высокорентабельные экспортоориентированные добывающие отрасли с низкорентабельными и едва сводящими концы с концами обрабатывающими производствами.

Именно вертикальная интеграция вкупе со стратегической национализацией являются необходимыми и требуемыми предпосылками для осуществления новой индустриализации экономики России. Тем не менее, сторонники доктрины рыночного фундаментализма и вульгарного либерализма боятся наступить на карман оффшоризованному псевдо российскому компрадорско-олигархическому капиталу и монополистам, которые взяли на содержание правящую бюрократию, которую всё чаще называют «оффшорной аристократией» и «правящей тусовкой».

Источник