ФСБ и СК встряхнули Дагестан


Арест и обыски пришлись на День Конституции — один из основных республиканских праздников: выходной, на месте не найти никого. Руководитель Дагестана Рамазан Абдулатипов, например, согласно официальной версии, уехал из Махачкалы в горы и потому для оперативных комментариев доступен не был. Таким образом, все следственные действия «в поле» прошли вдали от многих заинтересованных глаз. Бросок «федералов» — спецназа ФСБ через Чечню в Дагестан из осетинского Моздока. Короткий штурм дома главы Кизлярского района Андрея Виноградова с введением режима КТО и ставшая уже традиционной для подобных процедур вертолетная эвакуация арестованного. Многочасовой обыск в особняке отсутствующего в пределах России депутата Народного собрания Дагестана, руководителя республиканского отделения Пенсионного фонда России Сагида Муртазалиева — дом расположен в престижном районе Махачкалы Черные Камни, что на берегу Каспийского моря.

Гадать о том, по какой причине взяли и почему обыскивали, долго не пришлось — за что следствию отдельное спасибо. Если верна хотя бы часть укоренившихся в Дагестане слухов, то следователям по делу группировки Муртазалиева, известного в республике также как «Голодный», предстоит долгая и весьма разнообразная работа. Набор возможных обвинений многие годы циркулирует по сайтам, посвященным раскладам на Северном Кавказе. Заказные убийства, воровство нефти из трубы Баку — Новороссийск, контрабанда осетровых, рэкет и похищение людей, незаконное изъятие бюджетных средств.

Начать, судя по сообщению Следственного комитета РФ, планируют с более чем серьезного набора преступлений: «Расследуется уголовное дело по фактам убийств в 2010 году начальника эксплуатационной газовой службы Кизлярского района ООО "Дагестангазсервис", заместителя начальника центра противодействия экстремизму при МВД по Республике Дагестан, покушения на убийство заместителя главы администрации муниципального образования "Городской округ город Кизляр", а также финансирования терроризма». Уже эта комбинация, включающая насильственную смерть высокопоставленного полицейского при исполнении, вполне может принести фигурантам вплоть до пожизненного.

Биография Андрея Виноградова, который по принятому в среду решению Басманного суда пробудет в СИЗО как минимум до 28 сентября, полна интересных деталей. Например, некогда он принял ислам и взял имя Юсуп. Кизлярский район Виноградов получил в наследство от предыдущего главы — Сагида Муртазалиева — в 27 лет, став самым молодым главой в республике. Стоит упомянуть и дело об убийстве охраной Виноградова троих братьев Гамзатовых и их племянника на стоянке возле районного рынка: его рассматривали в республике, охранники были оправданы, Верховный суд РФ оставил приговор без изменений. Однако в основном его жизненный и политический путь шел в кильватере старшего товарища — женатого, к тому же, на сестре Виноградова.

«Он оказывал и продолжает оказывать большую материальную помощь всем, кто к нему обращается, — говорил о Муртазалиеве глава Кизлярского района в одном из интервью. — Это не каждому дано, и я рад, что у дагестанцев, которые сегодня переживают не лучшие времена, есть свой "Робин Гуд" в его лице».

«Робин Гуд», «Голодный», «Саид Кузнецовский» — так его называют в Дагестане. И еще: «дагестанский Рамзан Кадыров». Тесную связь с руководителем Чечни Муртазалиев подчеркивал на публике едва ли не чаще, чем Виноградов — свое уважение самому Сагиду Магомедовичу. Столь же известны — и подробно описаны — интересы чеченского руководства в Дагестане. Здесь и споры двух республик по поводу границ, проведенных по итогам сталинских депортаций — Чечня претендует на часть Новолакского и на Хасавюртовский район, и многочисленные попытки поставить под контроль крупнейший на Северном Кавказе оптовый рынок в том же Хасавюрте. Неизвестно, участвовал ли каким-то образом Муртазалиев в подготовке покушения на мэра Хасавюрта Сайгидпашу Умаханова (за попытку его убийства в Дагестане уже осуждены два исполнителя — жители Чечни). А вот об организации им протестных выступлений в Хасавюрте осенью 2013 года и других акций, призванных расшатать позиции градоначальника, в республике говорят достаточно активно. На совместных фото рядом с Муртазалиевым можно видеть и Адама Делимханова — депутата Госдумы от Чечни, которого Рамзан Кадыров неоднократно называл своим возможным преемником.

Чем же отличается Муртазалиев от прочих влиятельных кавказских «баронов» — настолько, что в Дагестане его считали одним из наиболее вероятных кандидатов на пост главы республики? Прежде всего — наличием золотой медали Игр в Сиднее-2000, вольная борьба в весе до 97 килограммов. Из спорта он ушел двумя годами позже, после ножевого ранения. Региональное депутатство — конвертация лишь небольшой доли популярности Муртазалиева в республике: борьба тут — значительно больше, чем борьба, особенно если к медали прилагается репутация защитника бедных. И, наконец, позиция главы отделения Пенсионного фонда, близкая к идеальной. Помимо постоянного управления большими — особенно для дотационной территории — объемами денег, у Муртазалиева появились и другие возможности, которых не было у большинства его оппонентов. Разветвленная сеть Пенсионного фонда — не хуже почтовой. Тот, кто контролирует в Дагестане раздачу пособий по старости, имеет также прямой доступ к актуальной информации с мест, включая самые отдаленные горные районы, и, соответственно, может планировать свои действия с серьезным упреждением. Особенно если завести в районные и городские отделения ПФ своих людей, что Муртазалиев не преминул сделать сразу после того, как получил должность.

Все это до самого недавнего времени делало Сагида Муртазалиева и его команду практически неуязвимыми на территории республики. Некоторые источники в Дагестане уверяют, что на помощь мэру Виноградову при аресте поспешила не только его собственная охрана, но и поднятые им по тревоге сотрудники Кизлярского РОВД. Судя по тому, что вся операция была целиком спланирована и исполнена центральными структурами и подразделениями ФСБ, без привлечения местных кадров, можно предположить, что районные полицейские — далеко не единственные дагестанские силовики, сохраняющие лояльность Муртазалиеву и его окружению. Впрочем, в отсутствие патрона это дело поправимое, хотя и не быстрое.

Где может находиться Муртазалиев, объявленный Следственным комитетом в розыск? Скорее всего, в Эмиратах — на излюбленной «стоянке» зажиточных дагестанцев и в добрые, и в тяжелые для них времена. Здесь стоит упомянуть о том, что у России с ОАЭ с конца прошлого года имеется договор о взаимной выдаче — и о том, что этот договор, как и многие подобные документы, работает далеко не всегда. Но даже если гонка за чемпионом и его людьми закончится ничем, сам факт более чем серьезных проблем у «дагестанского Рамзана Кадырова» заставляет по-новому взглянуть на многие процессы за пределами республики. В первую очередь — на возможный исход противостояния федеральных силовиков и высокопоставленных чеченских функционеров, обострившегося после убийства Бориса Немцова.


Сагид Муртазалиев


Что до внутриполитического расклада в республике как таковой, то Дагестан Рамазана Абдулатипова все более напоминает шахматную доску в режиме «китайской ничьи». Наиболее влиятельные — и, что здесь зачастую то же самое, одиозные фигуры покидают игровое поле, неожиданно и вне зависимости от взаимоотношений между ними. Бывший мэр Махачкалы Саид Амиров, тоже казавшийся непотопляемым, в прошлом году получил десять лет за подготовку покушения как раз на Муртазалиева — посредством выстрела из ПЗРК по самолету с председателем дагестанского Пенсионного фонда на борту. Только в горной республике фигуры с доски чаще всего уносят с помощью вертолетов.

Источник
http://lenta.ru/articles/2015/07/29/murtazaliyev/