Государство против науки на примере Томска


«По распоряжению Князева…»

Реализовать контракт должна была фирма ООО «ПК Новохим». И установка действительно заработала, глиоксаль требуемой концентрации был произведен. Однако, как утверждает обвинение, при этом были похищены госсредства. Следствие считает доказанным обналичивание и повторное заведение денежных средств на счет, но уже под видом вкладов инвесторов. Таким образом, было имитировано условие софинансирования. Получается, что на самом деле «работали» только бюджетные денежные средства. Отметим, что в ООО «ПК Новохим» был и свой генеральный директор, и главный бухгалтер. Они не могли не знать, что участвуют в играх с федеральными финансами. Но все махинации прикрывало объяснение: «по распоряжению Князева». В материалах уголовного дела утверждалось, что Алексей Сергеевич, используя свое служебное положение, похитил при производстве работ над установкой 10 млн 75 тыс. рублей. Нет, сам он деньги конечно же не обналичивал; действовал руками своей достаточно квалифицированной «команды». Значит, они - соучастники? И можно вести речь о преступном сговоре? Как бы не так. Виноватым назван только Алексей Князев. И на скамье подсудимых сидит он один, а бывшие коллеги проходят свидетелями по делу.

«Виновен. Раскаиваюсь. Возмещу»

Князев – подследственный, а потом и подсудимый – долгое время не признавал свою виновность. Складывалось ощущение, что свою свободу и доброе имя этот человек будет отстаивать до конца. Он не выступал, не задавал свидетелям вопросов. Молчал на всех заседаниях. И только в коридоре мог бросить: «Театр абсурда!» «В средние века сожгли бы, наверное. А сегодня – вот так…»И вдруг, уже под конец судебного разбирательства, попросил слова. Встал и признал вину – полностью. Сказал, что раскаивается в содеянном, что готов частично возместить ущерб. Минутная речь в рамках стандартных формулировок. (Вскоре Князев и в самом деле перечислил три миллиона рублей). И после этого замолчал совсем уж намертво. Журналисты, как ни старались, слова не могли из Князева вытянуть. Тот только головой качал: «Без комментариев. Извините».

Примечательный диалог состоялся у меня (опять-таки на лестнице) с защитником Алексея Антоном Тимофеевым:

- Что, откупаетесь? - А что вы хотите?- пожал плечами Тимофеев. - Стена…

(То есть все идет к тому, что уклон у дела явно обвинительный. И сядет, сядет доверитель со всеми своими принципами. Уж поверьте адвокатскому опыту и чутью! Никакой, самый наичистейший глиоксаль не спасет).

И шаг этот действительно принес свои плоды. В прениях гособвинитель хоть и назвал преступление «тяжким» и «коррупционным», но все-таки предложил реально свободы не лишать, осудить условно. Говорил долго. Речь адвоката получилась гораздо короче. Князев же сознался, спорить теперь особо не о чем.

Смягчающие обстоятельства

- Подошло к финалу судебное разбирательство мы изучили большое количество документов, выслушали массу свидетелей, которые являлись очевидцами исследуемых событий и были в той или иной степени к ним причастны, - начал свое выступление защитник. - Свидетельствовали перед нами ученые, стоявшие у истоков технологии по производству глиоксаля, допрошены руководящие работники ТГУ. Полагаю, ни у кого не осталось сомнений, что та цель, которая ставилась государством перед ТГУ, выполнена – технология по производству необходимого нашей промышленности вещества реализована, что называется в железе и в металле. Опытно-промышленная установка синтеза глиоксаля создана. Технология запатентована и работает, хотя производственный процесс был трудным. Он не уложился в виртуальные, явно неисполнимые существующие регламенты, требующие от ученых изобретать дорогу в жесточайших рамках – касающихся в том числе освоения средств. И представляется безусловным, что разработка технологии, а позднее и создание опытной установки, является заслугой яркого представителя томской науки Князева Алексея Сергеевича, который сегодня находится на скамье подсудимых. Сторона защиты связана позицией нашего доверителя, который признал вину по предъявленному обвинению в полном объеме и предпринял конкретные шаги по возмещению вреда. В этой связи считаем, что обвинение в рамках судебного разбирательства нашло подтверждение и доказано. Соглашаемся мы и с квалификацией. Мы не комментируем показания так называемых «брокеров» - лиц, профессионально осуществлявших обналичивание денежных средств, не даем оценок показаниям других лиц, которые выступили одиозными обвинителями – в том числе, рассказывая о собственных преступлениях, имея при этом свидетельский статус. За рамками нашего выступления остается далеко не бесспорная документальная часть доказательств обвинения. Не вдаваясь в вопросы и детали доказывания обвинения, квалификации содеянного, единственное, о чем следует сейчас говорить защите - что должно быть учтено судом, при определении меры уголовной ответственности.

Князев Алексей Сергеевич в свои годы добился и успел создать очень многое. Он обладатель научной степени доктора наук, является профессором, заведующим лабораторией каталитических исследований химфака ТГУ, лауреат множества премий и наград. К материалам дела приобщены копии 17 дипломов и свидетельств к медалям по различным номинациям, связанным с научной деятельностью Князева. Характеризуется Князев только положительно, как по месту жительства, так и работы. Положительные характеристики профессиональных и личностных качеств звучали и от свидетелей, в том числе, занимающих далеко не последнее место в томской науке.

Событие, являющиеся предметом судебного разбирательства, имели место длительное время назад. С момента окончания вмененного Князеву преступления, прошло более 6 лет. В этот период наш доверитель не только не совершил новых преступлений, но и заслужил уважение коллег, добился успехов в карьере, став одним из самых молодых заместителей губернатора Томской области

Алексей Сергеевич является отцом двоих детей, его дочери год, сыну – три, ребенок супруги от первого брака также воспитывается в семье Князева – ему 12 лет. То есть на его иждивении – трое малолетних детей. Это смягчающее обстоятельство.

Как уже было озвучено, Князев вину признал в полном объеме, то есть признал, что совершил хищение. Подсудимый не стал спорить ни с одним пунктом обвинения. Раскаялся в содеянном. Это не пустые слова – к материалам дела приобщен платежный документ, который удостоверяет возмещение ущерба на достаточно крупную сумму. Это также следует считать смягчающим обстоятельством. Таким образом, просим суд, при назначении наказания, определить его в минимально возможном варианте, без применения штрафа, как дополнительного наказания. Исправление подсудимого однозначно возможно без изоляции его от общества. Вред, причиненный преступлением, будет заглажен в ближайшее время в разумные сроки.

…Приговор суда мы узнаем в октябре – 30 сентября подсудимому будет предоставлено последнее слово.

Продолжение следует

А теперь о роли в этой истории государства, заявленной в начале. О ней сказал, давая свидетельские показания, прежний ректор ТГУ Георгий Майер:

«То, что произошло в Томске, я расцениваю как отражение общероссийской ситуации. У нас законодательно не отработаны механизмы взаимодействия двух разных систем. С одной стороны – ученый с результатом исследований, с другой – делец, который намерен за этот результат получить деньги. И смешивать их нельзя!»

Крамольную вещь скажу, жестокую, может быть. На этом фоне неважно, виновен Алексей Князев или нет . Пока ученые вынуждены сами внедрять, «проталкивать» свои открытия в практику, подобные уголовные дела неизбежны. Кого-то обманут ушлые «коллеги». Кто-то азартно пойдет на экономический риск, при полном отсутствии бизнес-опыта. Кто-то реально не устоит перед возможностью взять целевые деньги, не понимая до конца, что за этим последует.

И мы еще не раз удивимся: «Как же (имярек) – такой умный, порядочный, талантливый – и вдруг на скамье подсудимых?» А очень просто. Запомните историю Алексея Князева. Она будет повторяться.

 

По материалам сайта tv2.tomsk.ru