«Чистый оговор и полная чушь!»

«Газовый король» с Высокой Горы ответил на обвинения

Новый поворот в деле начальника «Центргаза»: взятка превращается в «возврат займа», а свидетель жалуется, что его вынудили писать заявление.

«Это он принес деньги, которые он занимал у меня!» — заявил в суде начальник ЭПУ «Центргаз» Илгизяр Галеев, который, по версии следствия, в декабре прошлого года попался на взятке. Подсудимый, который жаловался, что может не дожить до суда, впервые дал развернутые показания, полностью отвергая вину. Корреспондент «БИЗНЕС Online» выслушал и ключевого свидетеля обвинения.

Версия свидетеля: за выдачу технических условий нужно было платить

Все больше неожиданностей приносит судебный процесс над начальником одного из ключевых подразделение «Таттрансгаза» – ЭПУ «Центргаз» – Илгизяром Галеевым. Он был задержан в конце декабря прошлого года в ходе оперативных мероприятий УБЭП – как позже установил следком, Галеев якобы получил в своем рабочем кабинете 162 тыс. от руководителя ООО «Прометей» Фоата Халиуллина за подключение одного из объектов подрядчика к газовой сети. Свою вину Галеев не признал, его на несколько месяцев поместили в СИЗО, и лишь весной адвокату Ринату Вильданову удалось вытащить Галеева из изолятора под домашний арест: спасительным оказалось медицинское заключение комиссии при УФСИН – врачи четко заявили, что сердце Галеева не приспособлено для нахождения под стражей.

5 июня Советский районный суд выслушал показания одного из ключевых свидетелей по делу – руководителя и соучредителя ООО «РегионГаз 16» Ильхама Рахманова. В уголовном деле против Галеева 11 из 20 эпизодов коммерческого подкупа связаны именно с «РегионГазом». Все они добыты постфактум: строятся на показаниях руководителя компании. Тот якобы утверждал, что передавал Галееву деньги за беспрепятственное получение технической документации, которая дает возможность подключить объекты к газовой сети.

Рахманов рассказал федеральному судье Алсу Шайхутдиновой, которая ведет уголовный процесс, что познакомился с Галеевым и «Центргазом» в 2007 году, на следующий год после образования своей фирмы, которая занимается монтажными работами. Свидетель заявил, что «Центргаз» якобы занимался выдачей разрешительной документации и часто отказывал в ее получении. «То давления мало, то газопровод далеко, – утверждал Рахманов. – За то, чтобы не отказал в выдаче технических условий, ему [Галееву] нужно было заплатить».

По словам Рахманова, Галеев устанавливал сумму сам, причем после того, как выписывал разрешительный наряд. При этом Рахманов подчеркнул, что «выплаты» Галееву начались только в декабре 2016 года, то есть спустя почти 10 лет со знакомства. Всего, по словам Рахманова, он передавал деньги 11 раз, последний – в день задержания Галеева. Размер «выплаты» варьировался от 35 до 190 тыс. в месяц. К слову, чуть позже судья зачитает все факты коммерческого подкупа из обвинения, сумма которых превышает 1,1 млн рублей.

«Общую сумму не считал, она зависела от сложности объекта, назначения объекта. Я сначала получал список с описанием объектов и с указанием напротив них суммы, которую я должен заплатить в конце месяца. Список получал от Галеева. У себя в кабинете отдавал, – продолжил рассказ Рахманов. – Я возвращался к себе, пересматривал, корректировки вносил и через день-два уже с наличными деньгами и с этим же списком возвращался».

«Мне объяснили: если напишу заявление, то деньги будут возвращены»

Рахманов закончил свое выступление, затем участники процесса обратились к нему с вопросами. Так, предприниматель пояснил, что платил Галееву из собственных средств, а в сумму не входила стоимость услуг.

– Скажите, когда вы обратились в правоохранительные органы? – приступил к допросу Рахманова адвокат Галеева Вильданов.

– Я не обращался. Меня забрали из офиса, допросили по факту и попросили написать заявление, – ответил Рахманов.

– Инициатива была не ваша?

– Нет, если там уже факт случился. Мне объяснили, что если я напишу заявление, то деньги будут возвращены.

– Если бы вас не забрали, вы бы сами пошли в правоохранительные органы писать заявление?

– Нет.

– Куда вас забрали?

– В 3-й отдел [по особо важным делам СУ СК по РТ]. Провели обыск дома и офиса.

– 27 декабря вы в последний раз передали Галееву сумму, да? Какая сумма была?

– 190 тысяч.

– Вы говорите, якобы какие-то угрозы с его стороны [Галеева] были. В чем они выражались?

– Требования были. Понятие угрозы я не понимаю. Но если не давать работать фирме, то, так или иначе, это угроза возможности зарабатывать, работать.

– Вы говорите, было много отказов. Отказы в технических условиях были? Кто эти отказы выносил?

– Письмо было на имя заказчика под подписью начальника управления.

– Вы, наверное, знаете, что по действующему порядку решения по отказу выдачи технических условий принимает не ЭПУ «Центргаз». Проект письма направляется из «Центргаза» – есть специальная служба технических условий. Для того она и создана, чтобы принимать решения. У вас имелось право обжаловать эти отказы!

– Тогда это надо не работать, а мне надо работать, мне нужно обеспечивать людей работой!

После допроса со стороны адвоката судья Шайхутдинова поинтересовалась у Рахманова: раз тот отдавал деньги Галееву, то какая прибыль была у самого предпринимателя и была ли она вообще? Рахманов лишь ответил, что деньги оставались, но по размеру дохода уточнять не стал. Прокурор же уточнил у Рахманова, подтверждает ли свидетель свои показания, что он дал во время следствия. Тот ответил утвердительно.

Галеев: «по какой причине они меня оговаривают, остается только догадываться»

После допроса Рахманова свою позицию – едва ли не по каждому эпизоду – высказал сам фигурант дела. Галеев подготовился, он записал длинное выступление на бумаге. Начал с биографических данных – больше 40 лет на руководящих должностях в газовой отрасли республики. Затем рассказал о теоретических аспектах своей работы – процессе газификации, который оказался довольно сложным с бюрократической точки зрения.

По словам Галеева, заявление о выдаче технических условий поступает сначала в «Центргаз». Оттуда – в районную эксплуатационную газовую службу, сотрудник которой выезжает на место. Затем производственно-технический отдел готовит проект технических условий, он передается в «Газпром трансгаз Казань», где в конечном итоге подписывается у заместителя генерального директора. Техусловия возвращаются в «Центргаз», а Галеев их, по его словам, «незамедлительно» отписывает заявителю. Проект готовится и позже согласуется у руководителя производственно-технического отдела ЭПУ. «Я в согласовании проектов никакого участия не принимал и повлиять на данный процесс никак не мог», – уверял в суде Галеев.

Получив подпись, проектная организация передает документ заказчику. Затем монтажная организация готовит исполнительно-техническую документацию. Эти документы снова проверяет производственно-технический отдел, после чего готовит наряд на врезку и пуск газа на объект. «Данный наряд подписывается начальником производственно-технического отдела, после чего передается мне на подпись. Я наряды подписывал ежедневно, не оставляя на другой день при всех в конце рабочего дня», – заверил Галеев.

После длительного теоретического рассказа с описанием всех механизмов и ролей Галеев перешел к сути уголовного дела. Он признал, что знаком и с потерпевшим по делу (Халиуллиным), и двумя свидетелями (Рахмановым и директором казанской фирмы по строительству инженерных коммуникаций ООО «Универсал-Строй» Вахитом Загировым). «В ходе своей работы я с ними общался, как со всеми подрядчиками. Никаких угроз в их сторону с моей стороны не было, никаких требований я им не выставлял, никогда никаких незаконных денежных средств от них не получал, – сказал Галеев, а по поводу их обвинений добавил. – Это чистый оговор и полная чушь».

Чем Галеев аргументировал громкое заявление? Тем, что многим подрядчикам не нравилось, что он был очень и очень требовательным и строгим к соблюдению нормативов и остальных правил. Зато, по словам обвиняемого, такое отношение помогало избегать ЧП на объектах.

Обвиняемый высказался и по сути обвинений. «Халиуллин, Загиров, Рахманов в своих допросах сказали, что якобы давали мне денежные средства в качестве коммерческого подкупа за выдачу технических условий, согласование проектов, проверку соответствия монтажа проекту, за подписание актов приемки в эксплуатацию, согласование исполнительно-технической документации, за подписание нарядов на врезки и пуск газа. Вместе с тем, как я уже сказал выше, технические условия выдает специально созданная служба в „Газпром трансгаз Казань“ за подписью заместителя генерального директора. Данная работа контролируется ими, там есть определенные сроки, все проходит по системе электронного документооборота, тем самым осуществляется контроль за сроками и выдачей технических условий», – заявил начальник ЭПУ.

Галеев добавил, что даже не выезжает на объекты – соответственно, не подписывает проекты монтажа. Также в его обязанности не входит проверка и подпись в актах приемки. «Таким образом, все вышеперечисленные работы в мои должностные обязанности не входят, у меня нет таких полномочий, о которых они говорят и в которых я обвиняюсь, – резюмировал фигурант дела. – Кроме того, в своих допросах они говорят, что я беру 10 процентов от стоимости заключенных ими договоров с заказчиками. При этом я в их финансовых отношениях с заказчиками не участвую и не обладаю информацией об их ценовой политике».

Галеев заверил суд, что никогда специально не задерживал ни один из этапов работы сложного бюрократического аппарата подключения объекта к газовой сети. «Халиуллин, Рахманов, Загиров не могут указать конкретно: кто, когда, в чем отказал, адреса объектов, причины отказов, мотивов со стороны ЭПУ „Центргаз“. По какой причине они меня оговаривают, я не знаю, остается только догадываться», – выразил свое мнение подсудимый.

Еще одно высказывание Галеева не касалось фабулы уголовного дела и было связано с арестованным у того имуществом – денежными средствами. На этапе следствия стало известно, что в доме Галеева обнаружили порядка 11 млн рублей. Суд позже наложил арест на них, следствие посчитало, что деньги «преступного» происхождения. «Денежные средства являются семейными накоплениями. У меня были акции ПАО „Газпром“, которые я продал за 11 миллионов рублей через „БрокерКредитСервис“. Кроме того, моя годовая зарплата составляла порядка 2 миллионов рублей. Также многие годы жена работала в системе „Газпрома“», – сказал он. Уже после процесса адвокат Вильданов заявил корреспонденту нашего издания, что получил соответствующий брокерский отчет, подтверждающий происхождение денежных средств.

«Он у меня постоянно занимает деньги, но не возвращает»

После длинного выступления Галеева судья Шайхутдинова уточнила у того, признает ли он свою вину. «Как можно вину признавать, если ты не виноват?» – ответил он.

Подсудимый ненадолго сел на лавку, ему стало плохо, он опустил глаза, но снова вернулся к трибуне. Вопросы к нему появились у гособвинителя. Салимова попросила Галеева вспомнить день задержания. «Денежные средства, что у меня нашли, это деньги, которые мне Фоат Халиуллин вернул, – пояснил подсудимый происхождение 162 тыс. рублей в своем кабинете. – Он у меня постоянно занимал деньги, возвращать не возвращает. Не удивлюсь, если он принес деньги, которые он занимал у меня. Последний раз – 70 тысяч рублей, он просил 100. У меня или не было, или я не хотел давать. Я дал ему 70. Он пришел, умолял: „Я тебе до Нового года верну!“ Он вернул мне мои же деньги! Это он принес деньги, которые он занимал у меня!»

Галеев заметил, что Халиуллин якобы уже был должен ему 92 тыс. рублей, вместе с заявленными 70 тыс. рублей и складывалась сумма, с которой его задержали. Подсудимый вспомнил момент передачи денег едва ли не поминутно. «Он [Халиуллин] попросил выпить, говорит: „Выпьем давай“. Пришлось ему коньяк открыть, я ему в чашку налил. Он выпил, деньги мне отдал. Я вышел, около телефона положил 162 тысячи, которые он мне вернул. А когда уже УБЭП зашли, оказалось, что деньги уже не там лежат, а под столом прям рассыпаны. Я же взял, положил не туда, а они в другом месте лежат, и уже все рассыпано».

– И как вы пояснили, что за деньги? – уточнила прокурор Салимова.

– Я говорю: «Проверьте, я не знаю эти деньги, проверьте отпечатки пальцев оттуда». Они [оперативники] говорят: нам это не надо. Меня захомутали, надели наручники. Я даже думать о тех деньгах не мог, которые он мне положил.

После этого Салимова поинтересовалась: делал ли Галеев поблажки при приемке кому-нибудь из свидетелей?

– Я никогда никому поблажек не делал, если я буду делать, то буду тряпкой, – ответил Галеев.

Судебное заседание на этом завершилось. Следующий процесс назначен на 28 июня – суд приступил к изучению доказательств по делу.

Регина Шафиева, Артем Кузнецов

Источник: "Бизнес Online"