«Девять ярдов до приговора»: чем закончится дело полковника-миллиардера Захарченко

Оглашение вердикта начнется в понедельник, 10 июня

10 июня в Пресненском районном суде Москвы планируется оглашение приговора по делу экс-замглавы управления «Т» ГУЭБиПК МВД России Дмитрия Захарченко, обвиняемого в получении взяток. В деле, которое потянуло за собой череду скандальных арестов силовиков и ввело в оборот понятие «ростовский клан МВД/ФСБ», будет поставлена точка. Гособвинитель потребовала для Захарченко 15,5 года колонии строгого режима и 494 миллиона рублей штрафа. Дмитрий Викторович категорически не признает вину ни по одному из вменяемых ему эпизодов и требует вынести оправдательный приговор. Речь полковника в прениях продолжалась без малого пять полных дней (правда, с перерывами). Все замерли в ожидании. А пока судья Елена Абрамова пишет приговор, мы решили напомнить, с чего началась история самого громкого в современной России коррупционного скандала. Мы вспомним главных персонажей дела полковника Захарченко, восстановим хронологию событий и постараемся переосмыслить основные улики, найденные против него следствием.

Напомним, Дмитрию Захарченко в рамках уголовного дела вменяются три эпизода — получения двух взяток (ст. 290 УК РФ) и воспрепятствование законной деятельности правоохранительных органов (ст. 294 УК РФ). По версии следствия, в 2014 году полковнику передали 800 тысяч долларов и дисконтную карту сети рыбных ресторанов «Ла Маре» от бизнесмена Дусса Мехди за покровительство при проверках. В 2015 году Дмитрий Викторович предупредил свою знакомую, финдиректора «Нота-Банка» Галину Марчукову, о предстоящих налоговых и полицейских проверках в рамках расследования по делу «Электрозавода» (хищение двух миллиардов рублей, выделенных из бюджета на проект реконструкции подстанции «Новая» в Москве). Именно этот эпизод стал поводом для задержания Захарченко и проведения обысков в его квартирах, в результате которых и были найдены легендарные 8 миллиардов рублей.

Деньги полковника Захарченко

Вокруг имени Дмитрия Захарченко крутятся огромные суммы денег. Мы постараемся восстановить хронологию их появления.

8 миллиардов рублей — это первая сумма, которая появилась на одной строчке с именем «золотого» полковника. По иронии судьбы, взяли Дмитрия Викторовича 8 сентября 2016 года. Так что 8 для него — число явно несчастливое.

На следующий день после задержания, 9 сентября, спецслужбы провели обыск в квартирах, принадлежащих сводной сестре полицейского Ирине Разгоновой. В обеих найдены поистине космические суммы.

В квартире на Мичуринском проспекте: 600 тысяч евро, 20 тысяч долларов США, 19 миллионов 495 тысяч рублей.

В квартире на Ломоносовском проспекте: слиток из металла желтого цвета с оттиском «Россия 500 г золото 999,9 В05024», 342 миллиона 285 тысяч рублей, 1 миллион 471 тысяча 220 евро, 124 миллиона 84 тысячи 273 доллара США.

Всего в переводе на рубли и получились те самые 8 миллиардов. Но спустя два года сумма магическим образом выросла на полтора миллиарда.

9,5 миллиарда рублей — на такую сумму Генпрокуратура предъявила иск об обращении в доход государства доходов, добытых преступным путем, к полковнику и людям из его ближайшего окружения. В списке ответчиков вместе с Дмитрием Захарченко оказались его отец Виктор Дмитриевич, гражданская жена Анастасия Пестрикова, ее подруга Лилия Горшкова, бывшая официальная жена полковника Яна Саратовцева, еще одна бывшая гражданская жена Марина Семынина, а также его сестра Ирина Разгонова и самая первая (тоже бывшая) гражданская жена Ирина Петрушина.

Вот что вошло в эту сумму:

— те самые изъятые при обысках 8 миллиардов;

— 27 квартир с машиноместами, земельные участки, пять иномарок — Honda Acura, Mercedes ML и CLS, Porsche Cayenne и Range Rover, записанные на ответчиков. Недвижимость и иномарки надзорное ведомство оценило почти в 1 миллиард рублей;

— деньги, изъятые при обыске в рабочем кабинете Захарченко, — 92 800 рублей. И в машине Honda Acura — 13 миллионов рублей, 170 тысяч долларов и 5 тысяч евро.

Требования ревизоров были удовлетворены Никулинским судом Москвы. Решение по делу вынесено 4 декабря 2017 года. По некоторым данным, после обысков изъятые богатства были переданы в Гохран.

500 миллионов рублей — это сумма второго иска Генпрокуратуры к практически такому же списку ответчиков, поданного в 2019 году. В нее вошло следующее:

— ювелирные изделия на сумму 320 тысяч долларов. Их полицейский в 2013 году купил в США во время путешествия с Яной Саратовцевой;

— 201 облигация GPB Eurobond Finance PLC на общую сумму почти 209 тысяч долларов и 6 миллионов рублей. Деньги и ценные бумаги лежат на банковском счете Марины Семыниной;

— 343 тысячи долларов США, находящиеся на счете Анастасии Пестриковой.

Иск также рассматривался в Никулинском суде столицы и закончился решением в пользу Генпрокуратуры.

800 тысяч долларов США. Эта сумма имеет прямое отношение к уголовному делу о взятках против Захарченко, которое рассматривается Пресненским судом Москвы. По версии следствия, эти деньги полковник вымогал у ресторатора Дусса Мехди за покровительство при проверках его компаний «Ла Маре» и «Джетрико». Это первый эпизод из трех, вменяемых полковнику в рамках уголовного дела.

3 миллиона рублей, якобы полученные полковником в виде экономии по скидочной карте с 50-процентным дисконтом сети рыбных ресторанов «Ла Маре», легли в основу второго эпизода в уголовном деле.

Ресторатора Мехди Дусса Дмитрий Захарченко обвинил в коррупционных связях с чиновниками Россельхознадзора. Фото: lamaree.ru

Действующие лица дела Захарченко

Судьба у большинства тех, кто так или иначе был связан с Дмитрием Захарченко, печальная. Большинство из них за решеткой. Кто-то еще под следствием в СИЗО или в бегах, кто-то уже мотает срок по приговору суда. И только двое — в статусе свидетелей под государственной защитой.

Один из таких везунчиков — генерал-майор Алексей Лаушкин. По версии обвинения, бывший начальник управления Росгвардии по Московской области являлся посредником при передаче взятки в 800 тысяч долларов, предназначавшихся полковнику Захарченко. Спустя год после задержания Дмитрия Викторовича Лаушкин дал против него показания, после чего уехал в Грузию, опасаясь ареста. Однако спустя некоторое время вернулся в Россию и получил статус свидетеля по делу. Правда, из органов его все-таки уволили.

Но уголовное дело против Захарченко не удалось бы сшить без второго нынче охраняемого государством свидетеля — ресторатора Дусса Мехди. Выходец из Туниса, владелец сети рыбных ресторанов «Ла Маре» дал показания против полковника — якобы тот вымогал у него через Лаушкина крупные взятки.

Еще одна ключевая фигура в деле — Дмитрий Сенин. По версии следствия, экс-сотрудник управления «М» ФСБ России полковник Сенин был связующим звеном между Захарченко и генерал-майором Лаушкиным. Из обвинительной речи прокурора на стадии прений в суде следует, что Сенин и Захарченко вступили в преступный сговор, разработали систему конспирации, договорились о способах и механизмах получения взяток. Свидетели обвинения приписывают Сенину и Захарченко почти родственные отношения. Дмитрий Викторович неоднократно заявлял, что был знаком с Сениным лишь поверхностно, никогда плотно не общался и тем более не дружил с ним. Однако проверить, так это или нет, невозможно. Дмитрий Сенин стал человеком-невидимкой. В мае 2017 года был объявлен в розыск за дезертирство — покинул служебный кабинет посреди дня, оставив на столе корочку, и исчез. Впоследствии ему заочно были предъявлены обвинения по следующим статьям УК РФ — 291 («Дача взятки»), 291.1 («Посредничество во взяточничестве»), 285 («Злоупотребление должностными полномочиями»), 294 («Воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования») и 290 («Получение взятки»).

Есть в деле и примечательные женские персонажи. Так, финансовый директор «Нота-Банка» Галина Марчукова по праву может считаться живым доказательством спорного утверждения, что все беды от женщин. По крайней мере, беды Дмитрия Викторовича — уж точно. Марчукова попала в поле зрения правоохранительных органов из-за махинаций по делу «Электрозавода». Телефоны Марчуковой были поставлены на прослушку с 2015 года по август 2016-го, когда Галина была арестована. По заявлениям следователей, благодаря тщательному просеиванию переговоров Марчуковой детективам и удалось выйти на Захарченко. Сама Марчукова проходила обвиняемой по еще одному уголовному делу — о хищениях 350 миллионов рублей из «Нота-Банка» в составе преступной группы, в которую входили также сестра Галины Лариса Марчукова, совладельцы банка братья Дмитрий и Вадим Ерохины, а также гадалка Нонна Михай. 22 мая экс-финансист была приговорена к 3 годам и 4 месяцам лишения свободы Останкинским судом Москвы.

Однако самая одиозная и противоречивая персона в деле — гадалка Нонна Михай. По версии обвинения, медиум с четырьмя классами образования через сестер Марчуковых оказывала заочные оккультные услуги полковнику Захарченко: делала заговоры на удачу, гадала на деньги в обмен на щедрые гонорары, счет которых шел на тысячи долларов. По уголовному делу полковника Михай проходит свидетелем. 18 марта дама была осуждена Останкинским судом Москвы к 3,5 года колонии по уголовному делу о хищениях из «Нота-Банка».

Экс-полковник ФСБ Дмитрий Сенин находится в розыске. Фото: УМВД России по Омской области

Доказательства против Захарченко

В этой главе мы не преследуем цели оправдать полковника Захарченко. Мы пока не знаем, виновен он или нет. Мы также не преследуем цели как-либо воздействовать на внутреннее убеждение судьи. Приведем здесь сухие факты и проанализируем сведения, озвученные в суде.

Биллинги и протоколы GPRS-сессий.

В уголовном деле полковника Захарченко 35 увесистых томов. Несколько из них — распечатки прослушки телефонных переговоров (ПТП), а также детализация активности сотовых телефонов — GPRS-сессии и биллинги. Именно на основании данных так называемого объективного контроля за гаджетами фигурантов обвинение и строит свою позицию. Вкратце смысл ее в том, что между телефонами Захарченко и Сенина в такие-то дни и такое-то время были открыты интернет-сессии, что подтверждается детализацией, предоставленной сотовыми операторами. Значит, именно в это время они общались. Значит, они — члены преступной группы. Однако такая доказательная база, как поясняют эксперты, хромает на обе ноги.

— Детализация сотового оператора с указанием даты и временных интервалов сеансов выхода в Интернет доказывает лишь то, что аппарат абонента находился в сети, — пояснил руководитель спецпроектов московского интернет-провайдера Дмитрий Кириллов. — Однако у современных телефонов, если они не переведены в режим «авиа», сессия с Интернетом постоянна. Гаджет все время связывается с серверами мессенджеров, браузером, осуществляет синхронизацию, проверяет обновления виджета погоды, не теряет связи с соцсетями. Обмен данными идет в постоянном режиме. Прерывается сессия тоже автоматически, когда абонент звонит сам или отвечает на звонок. Большинство форматов, кроме 4G, не в состоянии пропускать одновременно и голосовой, и интернет-трафик.

Переписка в мессенджерах. Эта часть улик также упирается в биллинги. По мнению обвинения, активность сотовых телефонов Захарченко доказывает, что он переписывался в Вотсапе и Вайбере с другими фигурантами и договаривался с ними о взятках. Но, как пояснил наш эксперт, это доказательство тоже косвенное.

— При общении посредством мессенджеров телефоны абонентов напрямую никак не связаны друг с другом, — говорит наш эксперт. — Схема выглядит следующим образом: сообщение с одного телефона отправляется на сервер. Он проводит проверку, находится ли адресат в онлайне. Если да, отправляет ему сообщение. При этом переписка никак не вычленяется из общего массива трафика. Для оператора и общение, и соцсети, и сайты — это просто активность в Интернете.

Еще надо учитывать, что сообщения шифруются. Администрация мессенджеров раскрыла ФСБ свои ключи шифрования, но здесь тоже не все так просто. Чтобы на все 100% доказать факт переписки, у силовиков есть два варианта. Первый — найти гаджет, в котором сохранилась переписка. Второй — запросить у администрации мессенджера ключи, расшифровать сообщения и приобщить их к делу. Не исключено, что переписка Захарченко и Сенина в деле есть, но прилюдно в судебных заседаниях она не озвучивалась.

Дисконтная карта «Ла Маре». По версии обвинения, дисконтная карта официально была выписана Дуссом на имя Алексея Лаушкина, но пользовался ею на самом деле Захарченко. Вокруг карты завертелись шекспировские страсти. Для Дусса, как заявляла гособвинитель, необходимость выдать ее полицейским боссам якобы обернулась унижением и обидой. Ресторатор был готов дать дисконт на 30%, но строптивый Захарченко потребовал 50%. Или же «заберите свою карту, я расплачусь наличными». Правда, самой карты в материалах дела нет. Видеозаписей из ресторанов, на которых было бы видно, как полковник передает карточку официанту, нет. Транзакций по карте в платежных ведомостях заведения нет. Защитники полковника подсчитали: если взять за истину факт экономии в 3 миллиона рублей, которые вменяет ему следствие, получается, что Дмитрий Викторович должен был трапезничать в «Ла Маре» всякий раз на 400 тысяч рублей (даты предположительного нахождения в ресторанах установлены детализацией сотового оператора с привязкой к базовым станциям). Чеков, подтверждающих зверский аппетит и нечеловеческую любовь полковника к рыбе, в материалах дела нет.

фото: АГН «Москва» За время судебного процесса Дмитрий Викторович заметно похудел.

Секретное дело «54с». 8 миллиардов рублей, найденные при обысках в сентябре 2016-го, были приобщены в качестве вещественных доказательств к материалам некоего уголовного дела №11602450092000054с. О нем в Пресненском суде упоминал адвокат Юрий Новиков, называя его «секретным делом, оканчивающимся на 54с». Дело изначально находилось в производстве отдела по расследованию преступлений, совершенных должностными лицами правоохранительных органов ГУ СК по Москве. Однако 29 ноября 2016 года оно было передано в ГУ по расследованию особо важных дел СКР. Часть доказательной базы из него (а именно материалы прослушки телефонных переговоров между фигурантами) позже перетекла в основное дело против Захарченко. Однако где и на какой стадии находится сейчас дело «54с», доподлинно неизвестно.

Судьба вещдоков еще любопытнее. Спустя почти год, 1 сентября 2017-го, материалы дела из производства следователя Александра Толстых (град обвинений в фальсификации доказательств и подтасовке фактов в его адрес из уст Дмитрия Викторовича сыпался на каждом судебном заседании) были изъяты на проверку и легли на стол и.о. заместителя Главного управления по расследованию особо важных дел СКР генерал-майора Сергея Голкина. Он вынес разгромную резолюцию: постановления о приобщении денег к делу отменить. Мы приводим прямую цитату из этого документа:

«Изучением материалов уголовного дела установлено, что данные постановления вынесены следователем преждевременно, без изучения всех фактических обстоятельств, в связи с чем являются необоснованными и подлежат отмене». Больше эти 8 миллиардов нигде не всплывали.

Показания ключевых свидетелей

Сестра Галины Марчуковой Лариса утверждала, что оговорила Захарченко под давлением. Находясь в СИЗО-6, 31 октября 2016 года Марчукова от руки написала заявление в Управление собственной безопасности ФСБ России (копия есть в распоряжении редакции). Вот цитата из этого документа:

«Прошу Вас принять меры в связи со сложившейся ситуацией, которая может повлечь за собой угрозу для моей жизни и здоровья. 16 сентября 2016 года ко мне приходил сотрудник Управления «М» ФСБ. Встреча была не запланирована, и меня и моих адвокатов не уведомили… Данный сотрудник оказывал на меня давление и склонял к ложным показаниям по личности Захарченко Д.В. и иным вопросам…»

Из показаний свидетеля Дусса следует, что полковник через Дмитрия Сенина и Алексея Лаушкина требовал взятку в пять миллионов долларов. Но ресторатор оказался несговорчив, и ценник был снижен до 800 тысяч «зеленых». Дусс был вынужден экстренно взять кредит в коммерческом банке, где пользовался доверием и имел положительную кредитную историю. Лично деньги Дмитрию Викторовичу не передавал. Якобы передал пакет с наличностью Лаушкину, тот — Сенину, а последний — Захарченко. Однако эти слова натыкаются на версию самого полковника. Он в суде рассказывал, что знакомство с Дуссом для него было частью оперативной разработки. В его задачи входила слежка за ресторатором, которого он подозревал в поставках санкционной продукции и, как сказал сам Дмитрий Викторович, «рыбы с вытекшим глазом». По словам полковника, эта версия подтверждается результатами проверок «Ла Маре» и «Джетрико» сотрудниками Россельхознадзора и налоговыми органами. После ревизий компании ресторатора были оштрафованы.

фото: Соцсети Последняя гражданская жена полковника — Анастасия Пестрикова.

Женщины полковника Захарченко

Вы уже, наверное, убедились, что Дмитрий Викторович — персона во всех отношениях примечательная. К нему как магнитом тянутся не только денежные знаки, недвижимость в элитных районах Москвы и люксовые иномарки, но и женщины. «Гарем» полковника Захарченко заслуживает отдельного разбора. Мы вспомним боевых подруг экс-полицейского в хронологическом порядке их появления в его жизни.

Первой его гражданской женой стала Ирина Петрушина, с которой Дмитрий переехал в Москву из Ростова в 2005 году. Пара планировала свадьбу, но она сорвалась якобы из-за измен любвеобильного полицейского — он закрутил роман с Мариной Семыниной. В качестве отступных, по данным ряда источников, Дмитрий Викторович оставил покинутой даме сердца автомобиль Mercedes ML, квартиру и машиноместо в ЖК «Доминион» на Ломоносовском проспекте в Москве стоимостью около 50 миллионов рублей. При этом Семынина всегда заявляла, что прочных отношений с Захарченко у нее никогда не было, несмотря на наличие общей дочери. В 2013 году Марине пришлось уступить полковника светской львице, участнице шоу «Холостяк» Яне Саратовцевой. Девушка не просто отбила Дмитрия Викторовича у прежней пассии, но и довела дело до свадьбы. Однако быстро потеряла интерес к полицейскому, как только вокруг него начали сгущаться тучи из-за проблем с законом. Зато последняя гражданская жена полковника — Анастасия Пестрикова, которая родила от него сына, — единственная, кто не пропускает практически ни одного судебного заседания в Пресненском суде. Хрупкая девушка обычно тихо сидит на скамейке в полупустом первом ряду. Иногда едва слышно всхлипывает.

Правда, по версии следствия, Дмитрий Викторович использовал своих дам, только чтобы легализовать преступные доходы. Если верить стороне обвинения, Захарченко из бравого ловеласа превращается в Диму Семицветова из фильма «Берегись автомобиля», которому герой Анатолия Папанова сказал: «Машина на имя жены, дача на мое имя… Ничего у тебя своего нет. Ты голодранец!»

Цитаты Захарченко

«В «Ла Маре» все разведки мира работают. Любой человек, который пошел туда кушать, может быть уверен — его запишут».

«Я вообще не пью и не курю. Мне вменяют, что я наел по карточке на шесть миллионов рублей, сейчас еще и в пьянстве обвинять начнут».

«Это настоящая борьба с пенсионерами. Скоро не останется ни одного пенсионера, их всех посадят».

«Давайте уже расстреляем Захарченко!»

«Куда смотрел государственный обвинитель? Наверное, в сторону».

«Здесь очень плохая слышимость и душно. Мало того, что голословное обвинение, так еще и дышать нечем».

«В «Лефортово» работают всего два канала. На одном экстрасенсы, на другом инопланетяне».

«Дело о взятке, но нет ни рубля. Есть только человек в клетке. Это программа «За стеклом».

«Найдите, в чем виноват Захарченко. Но не фабрикуйте и не выдумывайте!»

Татьяна Антонова

Источник: "Московский комсомолец"