Кому мешали птицы?

Уничтожена голубятня, существовавшая 25 лет

На севере Петербурга разгромили голубятню, стоявшую там с 1990-х годов, выкинули и покалечили ценных голубей. Местные жители возмущены: голуби никому не мешали и радовали детей.

Микрорайон между улицей Асафьева и Хо Ши Мина бурлит. Возмущенные люди никак не могут забыть, как днем 19 октября во двор пришли неизвестные люди и на глазах у детей, шедших из школы, разломали голубятню, выкинули голубят и голубиные яйца, часть голубей покалечили, остальные разлетелись. По словам свидетелей, которых множество, исполнители этого злого дела явно получали от своих действий удовольствие, смеялись. А дети смотрели и плакали. Владелец голубей, заслуженный голубевод, председатель некоммерческого партнерства голубеводов-любителей «Нева» 64-летний Александр Чайковский, в это время был на работе.

Александр Чайковский

– Мы создали нашу организацию в 2010 году, проделали большую работу за эти годы, были на многих выставках в разных городах России и за рубежом. Наш клуб входит в Федерацию голубеводов России, а Федерация – в Европейский союз голубеводов, у нас постоянная связь, общение, обмен голубями. Содержание домашних породистых голубей – дело совершенно не доходное, энтузиасты-голубеводы туда вкладываются, государство нам не помогает. Мы сохраняем те редкие породы, которые выводились столетиями. Правда, здесь, среди тех, что мы видим, ценных пород нет, это порода гонных голубей, они летают, содержатся в хорошей форме – нужны дорогие корма, прививки, разные профилактические препараты. Их держат для того, чтобы они выкармливали птенцов более ценных пород. Эти породы менее устойчивы к природе, на улице они могут погибнуть. Они почти не летают, это редкие изящные птицы. Правда, тут у меня содержались голуби, которые занесены в Красную книгу голубеводов, ленинградские бантисты. Они сохранились только в нашем регионе. Это вымирающая порода, очень изнеженные птицы, требующие большого ухода. Но в результате 19 октября без предупреждения, без предъявления документов пришли люди, – и соседи позвонили мне, что ломают голубятню, вот эти деревянные гнезда с птенцами и яйцами выбрасывают наружу. Это было в 13.30, как раз дети шли из школы, со многими мы дружим, я им рассказывал про голубей, показывал: вот яйца, вот птенцы. Голубятня стоит с 1992 года, тогда ей еще архитектор района отвел место, там я и поставил питомник, согласовав это с санэпидемстанцией, с ветеринарным контролем и с жилищниками, все документы о том, что все рассмотрело межведомственное планировочное совещание и выдало мне эти права, у меня есть. А в 2014 году вышло постановление правительства, где голубятни вошли в перечень объектов, которые можно устанавливать без обычных документов. К сожалению, законов никто не читает. Я заслуженный голубевод России, единственный на Северо-Западе. Меня тут все знают – еще бы, я так давно тут живу. Когда голубятню ломали, люди мне сочувствовали, дети плакали, на защиту бросались. Один из рабочих залез наверх, разрезал вольерную сетку, голуби – 54 штуки было взрослых – вышли в вольер. Рабочие их поймать не могли, начали сбивать доской, кого собьют – выбросят в прореху. Вот они и бегают тут – без хвостов, крылья обвисшие, сломанные, был голубь без глаза с обвисшим крылом, его человек унес к себе. Птенцов дети собирали в коробки, отдали в приют, некоторые сразу погибли, но мы со всеми поддерживаем связь.

– А вы знаете, кто это сделал?

– Скорее всего, это Комитет по контролю за имуществом дал отмашку своему комитету по северным районам города. Но кто конкретно, они же не говорят. Они дважды приезжали, дважды ломали, их спрашивали: кто вы? А они говорят: а вы кто? Никому не представились и документы не показали. Но вот по телевизору, по Пятому каналу отвечал их представитель, говорил, что полгода не могли меня найти. Они сами пишут, что это голубятня, а потом говорят – бесхозный объект. Пишут, что передали голубей моему представителю, а на самом деле голуби тут неделю летают, ястреб их ловит и ест, уже 4 штуки съел. Мы подали заявление в полицию, там сразу сказали, что если это администрация города, им трудно с ней бороться. Я говорю: не надо бороться, вы только скажите, кто это сделал, а дальше будет работать наш юрист. Федерация голубеводов тоже готовит документы. Дело не в деньгах, а в том, что голубей таких больше нет. Одного нашли в приюте, а самых дорогостоящих – их было 6 штук – вообще нигде нет. Может, и украли их, тут же были сотни людей. Каких-то голубей удалось поймать, отдать другим голубеводам. Но вообще защитить от ястреба голубей трудно, стрелять-то нельзя. Разве что вороны на него нападают, но ястреб защищается и все равно ест голубя. Ну, и еще большие чайки видят ослабленного голубя, преследуют, и если сбить удается, то разрывают. Тут мне соседка говорит: вашего голубя ели на крыше школы.

– И что теперь будет, вы собираетесь восстанавливать голубятню?

– Нужны гарантии от администрации района, города, что она будет тут стоять. А то пока только ложь по телевизору идет, что меня найти не могли, что всех голубей мне отдали. А ведь они фактически обречены – те, что тут летают, не говоря о тех, что пропали. Птенцы точно все погибнут: их кормит самка, у нее вырабатывается специально зобное молочко. Как подрастут, самец начинает их кормить, и если эту очередность нарушить, если хотя бы на день оставить их без корма, они просто не выживут. Сейчас из приюта звонили – там два птенца сразу умерли, часть сохранилась, но что они выживут – не факт.

Мария, соседка Александра Чайковского, активистка, стоит у разрушенной голубятни с сачком.

Мария

– Я прихожу сюда с рассветом и ухожу вечером, ловим голубей, хотя они очень плохо ловятся, стараемся уберечь от котов. Мы предполагаем, что это инициатива комитета по эффективному использованию земли, мы их уже знаем, потому что они начали свою разрушительную деятельность с цветников – уничтожили по соседству замечательный цветник, разбитый местными жителями. Мы сами живем тут с тех пор, как построены эти дома, сами сажали эти деревья, сами устраивали эти цветники, и теперь мы боимся, что порушат все наше доброе дело. Потому что они душат всякую инициативу, которую люди проявляют сами. Смысла в этом никакого нет, все жители микрорайона не понимают, как такое вообще могло произойти. Все подходят и спрашивают, что случилось, кому помешала эта голубятня, которая столько лет тут стоит, рядом с которой выросли наши дети.

Никита идет из школы, за плечами ранец, голубятню он прекрасно знает:

– Да, мне она нравилась, я помню, как голуби летали, когда я пошел в первый класс. Я считаю, что это настоящее преступление, безнаказанное. Голуби – птицы мира, и зачем было рушить голубятню?

Кира тоже так считает:

– Сколько я себя помню, тут стояла эта голубятня, и голуби летали. Это было очень красиво. Когда ее снесли, я так расстроилась: невозможно перенести, чтобы то, что было всегда, вдруг взяло и исчезло. Там было 4 вида голубей – такие белые, красивые. Я видела, как голубятню разламывали – рабочие в перчатках все ломали и кидали вниз.

Лера тоже очень жалеет голубятню:

– Я их так любила. Мы всегда, когда ходили из школы, смотрели на голубятню. И на 1 сентября голуби всегда летали над нами.

Крайне возмущен происшедшим друг и сосед Александра Чайковского Юрий Чистяков, он в числе добровольцев, целыми днями охраняющих голубей и пытающихся их поймать.

Юрий Чистяков ловит голубей

– Я не просто друг, я здесь вырос, я эту голубятню и дядю Сашу знаю с 12 лет. Я тоже когда-то был маленьким мальчиком, школьником, который интересовался голубями и их детишками, птенцами. Я в этом не разбираюсь, но мне все это интересно. А дядю Сашу здесь все знают, уважают, никто о нем никогда плохого слова не сказал. А на 1 сентября, на линейку, директор школы всегда просил его выпускать голубей. И детям нравилось, и взрослым, и мне нравилось. Александр всю жизнь занимается голубями, и его отец, и его дед тоже. Я знаю, что он постоянно возил их показывать, встретишь его: привет, дядя Саша, как дела? – Да вот только с выставки приехал, – жизнь шла своим чередом, и вдруг человеку все перевернули, сломали, испортили, а ему уже 64 года, представляете, какой у него стресс? Он просто еще держится молодцом. Соседи тут дежурят, и я тоже, вот эту неделю не работаю, а потом не представляю, кто будет тут бегать и ловить сачком голубей.

– Много поймали-то?

– 21. Да еще тут мы видим 14 штук, итого 35, значит, как минимум 20 отсутствует.

– Как вы расцениваете случившееся, кому помешали голуби?

– Я думаю, тут такое стечение обстоятельств: они просто не думали, что делают. Пришло распоряжение снести – они и снесли. Они же и ларьки сносят, и другие незаконные постройки. А законность голубятни они просто не удосужились проверить, не посмотрели документы – я думаю, это с их стороны, скорее, упущение, чем злой умысел. Хотя они так весело позировали на камеру, один даже палец вверх поднимал. Есть свидетели, которые слышали, как они говорили, что им за это ничего не будет, какую-то женщину оттолкнули, мужчину тоже. А вели они себя так смело, потому что с ними была группа поддержки – трое-четверо мужиков славянской внешности, которые следили, чтобы рабочим никто не помешал, не побил их. Я сам их видел, когда они мусор приезжали убирать. Хотел их отогнать, говорю, оставьте, а они говорят: нет, у нас задание. Я спрашиваю: а где заказ-наряд, и кто вы такие вообще? Они тоже спрашивают: а ты кто? Я говорю: я тут живу. Рабочих-то можно было выгнать, но за ними группа поддержки наблюдала из двух машин.

– Значит, они предполагали, что их действия местным жителям не понравятся?

– Конечно, они предполагали, что может быть народное возмущение. А когда полицейские были вызваны, те мужики из группы поддержки какие-то бумажки им показали, и полицейские уехали.

Все, что осталось от голубятни

И Александр Чайковский, и его соседи и друзья долго не могли понять, кто и по чьему приказу разломал голубятню. В конце концов все же удалось выяснить, что это дело рук сотрудников Центра повышения эффективности использования государственного имущества, подчиняющегося Комитету по контролю за имуществом Санкт-Петербурга. На сайте Центра можно найти официальный ответ на вопросы по поводу голубятни. Чиновники пишут, что их обследование выявило на улице Асафьева самовольно занятый участок. «В целях пресечения незаконного использования земельного участка и установления лица, допустившего нарушение земельного законодательства, Комитетом на голубятне размещено уведомление о добровольном освобождении земельного участка, а также извещение о необходимости явиться в Комитет для дачи объяснений и составления протокола об административном правонарушении». Дальше чиновники объясняют, что поскольку хозяин голубятни никуда не явился и участок не освободил, то «Комитетом силами подведомственного СПб ГКУ «Центр повышения эффективности использования государственного имущества» осуществлено его освобождение». Далее следует благостная картина того, как именно это происходило: якобы на месте был «представитель пользователя голубятни, которому была предоставлена возможность обеспечить безопасность перемещения птиц, находившихся на объекте в момент проведения работ, которая и была им реализована».

На самом деле жители соседних домов, видя, как неизвестные рабочие досками убивают голубей и бросают на землю птенцов, вызвали полицию, но чиновники Комитета пишут: «Сотрудниками полиции фактов жестокого обращения с животными, а также нарушения действующего законодательства при проведении работ выявлено не было».

Мария Кочубей – тоже голубятница, она узнала о случившемся из соцсетей.

– Как только голубятню сломали, мы на следующий день поехали на отлов голубей. Птенцов в коробочке спасли соседи, иначе бы их просто кошки сожрали. Часть голубей сидит у меня на передержке, но еще много летает на свободе, их сейчас ловят местные жители. Подключились коллеги-голубятники, сказали, что примут всех птиц в этом районе, чтобы они не растекались по рукам. Помогаем всем миром. Уже есть призывы строить новую голубятню, но тут надо иметь гарантии, что новую тоже не снесут. В Москве голубятни каждый год рушат десятками, так же точно, без хозяина и вместе с птицами. Почему-то москвичи оказались очень пассивными, а у нас, как видите, реакция совершенно иная. Как правило, сносят голубятни под видом благоустройства территории, куда девать птиц, никого не волнует. У нас такой скандал в первый раз, и может быть, такой резонанс пошел от того, что Чайковский – заслуженный голубевод. Кому помешала голубятня – большой вопрос, она же крошечная, 9 квадратных метров. Я расцениваю это как катастрофу: у меня тоже есть голубятня, и я не хочу, чтобы такие благоустроители пришли ко мне. Я знаю, что в планах администрации Выборгского района снос еще нескольких действующих голубятен, указаны адреса. Мы, конечно, владельцев предупредили. Есть голубятни, где до 150 птиц, их хозяева в ужасе, они не знают, куда их девать. Так что, если это не остановить сейчас, это будет продолжаться.

Голубь рядом с разрушенной голубятней

Юрист Дмитрий сомневается в законности действий работников Центра повышения эффективности использования государственного имущества.

– По большому счету, они на это права не имели. Дело в том, что правительством Российской Федерации было издано постановление №1300 от 3 декабря 2014 года, где был утвержден перечень видов объектов, которые могут размещаться на землях или земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, без предоставления земельных участков, установления сервитутов. Согласно пункту 27 этого перечня к таким объектам, которые могут устанавливаться без разрешения, относятся площадки для дрессировки собак, площадки для выгула собак, а также голубятни. Этот пункт был дополнительно включен в этот перечень 13 мая 2016 года постановлением правительства Российской Федерации №385 от 13.04.2016. Значит, никакого дополнительного разрешения на установку голубятни не требовалось. Более того, установка голубятни в 1994 году – тогда она называлась голубиным питомником – была согласована с районной администрацией. Были получены разрешительные документы и от ветеринарного надзора, и от санэпиднадзора, тогда еще существовавшего. Так что с 1994 года эта голубятня имела официальное право на существование. С учетом этих данных и еще ряда документов, можно сказать, что ее снос не является законным, и есть основания для оспаривания действий сотрудников Центра, этот снос осуществившего. Хозяину голубей нанесен серьезный ущерб, особенно тем, что утрачены ценные голуби породы ленинградская бантиста. Ее, между прочим, в блокаду сохранили, а тут решили почему-то убить, что само по себе дико.

– Дмитрий, и что теперь можно сделать, чтобы защитить права Александра Чайковского и восстановить голубятню?

– Есть некоторые процедуры, регламент взаимоотношений между структурными подразделениями Комитета по контролю за имуществом Петербурга, к которому относится и этот замечательный Центр повышения эффективности использования государственного имущества. Согласно этим процедурам будут направлены запросы в разные инстанции. Часть запросов уже написана от лица общественности – в прокуратуру, в городскую администрацию, в правительство Петербурга и лично губернатору, в отдел полиции, откуда тоже ожидается ответ. По регламенту будут отправлены и специальные запросы. Когда придут ответы, можно будет сказать, какие действия надо предпринимать. Тут ведь дело еще осложняется тем, что голуби этой самой породы ленинградская бантиста были переданы Александру Чайковскому некоммерческим партнерством голубеводов-любителей «Нева» для селекционной работы. И этих голубей как раз не поймали, так что уничтожением голубятни нанесен ущерб самой некоммерческой организации. Часть этих голубей закупалась за рубежом на валюту. Так что их уничтожение вызывает вопросы. Ведь на сайте Центра повышения эффективности написано: «В случае обнаружения на освобождаемых Учреждением объектах государственной собственности имущества третьих лиц, сотрудниками Учреждения обнаруженное имущество описывается и передается на ответственное хранение уполномоченной организации для последующего возврата собственнику имущества после его установления или обращения. Информация о месте хранения имущества направляется в районные агентства КИО и правоохранительные органы района, на территории которого производилось освобождение объектов». То есть в соответствии даже со своим внутренним порядком они были обязаны это имущество, то есть голубей, яйца, птенцов, соблюдая требования ветеринарного контроля, принять, описать, передать в специализированное учреждение на хранение, но ничего этого не было сделано, то есть они нарушили даже свой собственный внутренний регламент.

– А как можно расценить то, что эти люди калечили и убивали голубей, топтали птенцов и яйца?

– Эти голуби ручные, в природе они не смешиваются с дикими птицами. Здесь можно говорить о жестоком обращении с животными, да еще на глазах у детей. Можно вспомнить, как у нас возмущались публичной разделкой жирафа Мариуса или льва в западном зоопарке, а тут прилюдно убивали птиц, и что – разве это не вызывает вопросы? Тем более что, повторяю, есть четкие правила: они должны были до демонтажа голубятни аккуратно собрать птиц, птенцов и яйца и передать на ответственное хранение другим голубеводом или в соответствующую организацию. А вместо этого вся эта безобразная картина происходила на глазах у детей.

– Голубеводы говорят, что в городе собираются разломать еще несколько голубятен, почему вдруг принимаются такие решения? Кому помешали голуби?

– Скорее всего, это идет от незнания положений действующего законодательства, в частности, постановления правительства, исполнение которого является обязательным, в том числе на территории такого субъекта федерации, как Петербург. О причинах остается только гадать, но о неправомерности таких действий уже можно говорить. И о причинении как материального ущерба голубеводам, там и довольно жесткого морального ущерба жителям микрорайона. Насколько я знаю, уже есть одно обращение в местное отделение психологической помощи детям.

Разрушение голубятни – показатель того, как в России обесценена жизнь любых живых существ, считает руководитель петербургского отделения Центра защиты прав животных «Вита» Динара Агеева.

– С другой стороны, радует реакция общества: люди возмутились, бросились спасать голубей. На самом деле это продолжение все той же проблемы, о которой мы не устаем говорить, – отсутствия в нашей стране полноценного федерального закона о защите животных. Существовал бы закон, регламентирующий любые стороны отношения к животным, этого бы не произошло. Многие ужасающие факты у нас происходят именно из-за отсутствия этого закона. Принять этот закон мешают как охотники во власти, так и охотничье сообщество, владельцы контактных зоопарков и передвижных цирков-шапито.

Красимир Врански, координатор движения «Красивый Петербург», говорит, что узнает почерк Центра повышения эффективности использования государственного имущества.

– Это варварские действия, причем без опознавательных знаков, чтобы окружающие не понимали, какая организация занимается сносом. У нас есть своя версия происшедшего. Мы их целый год критиковали за крышевание объектов незаконной торговли, а теперь сменился губернатор, и они решили симулировать деятельность. И начали с самых слабых, незащищенных владельцев разных объектов. Они же ежемесячно отчитываются, что проводят сотни рейдов вместе с районной администрацией. На самом деле, когда они во дворах домов проводят какие-то работы, они должны заранее уведомлять об этом жителей, что будут рубить деревья, например. На этом они, кстати, неплохо зарабатывают: обрубают все ветки, дерево умирает, а потом они его срубают и привозят тоненькие саженцы. Мы проводили расследование и выяснили, что питомник этих саженцев – у жены бывшего главы Комитета по благоустройству, отвечающего за озеленение города, так что это чистая коррупция. А разведение голубей – это древняя культура, слава богу, что она у нас сохраняется, и вот какой-то комитет решил все это убрать – просто уму непостижимо!

Красимир Врански предполагает, что схема тут очень примитивная: чем больше снесут, тем больше получат денег, поэтому чиновники думают не о голубях и их владельцах, не о том, законны ли их действия, а просто об освоении бюджета.

Татьяна Вольтская

Источник: "Радио Свобода"