«Планирую расшириться за границу»: сын миллиардера Фридмана о своем бизнесе и планах на будущее

«У папы брать деньги стыдно!» — уверен Александр Фридман, сын Михаила Фридмана

У Александра уже есть кальянный бизнес в России, но останавливаться на этом он не собирается.

— Твой отец  наш постоянный герой, и он говорил на встрече Forbes Club, что воспитывал детей не в роскоши.

— Да, подтверждаю: вообще не в роскоши.

— Сколько денег в месяц ты тратишь сейчас?

— Своих?

— Да, своих. Ты сам зарабатываешь деньги?

— Да, да, они все мои.

— На чем ты зарабатываешь деньги?

— Ну, я занимаюсь поставкой паровых коктейлей в рестораны…

— В какие рестораны ты поставляешь паровые коктейли?

— Пока в SIXTY и «Тетю Мотю». У нас большие планы на расширение, мы сейчас ведем переговоры с несколькими ресторанами в Москве.

— В России кальянные бары — это очень популярная тема. Но почему ты выбрал именно ее, имея кругозор человека с европейским образованием?

— Ну, во-первых, нужно понимать, что это не единственное, чем я занимаюсь: у меня еще есть методы зарабатывания денег, но для меня кальянная индустрия — это то, что я люблю; то, в чем я варился достаточно долго. Во-вторых, рынок общепита интересен возможностью завязать знакомства.

— Какая маржинальность у этого бизнеса, почему им так рьяно все занимаются? Расскажи нам правду. Сколько вы тратите на один кальян, сколько с этого зарабатываете?

— Маржинальность разная, зависит от заведения. У нас есть заведения, которые мы называем кальянным фастфудом, где маржинальность небольшая, потому что цена очень низкая и по сути у тебя наценка где-то 300-400%. А есть премиальные заведения, в которых наценка больше, но она требует и других вложений. Это можно назвать своего рода R&D. Это креативная работа, где происходит какой-то дизайн кальяна и так далее.

— Если говорить по-честному, это маленький бизнес, с которого ты начинаешь свою карьеру. И, я думаю, это очень почетно в глазах наших читателей, потому что сложно поверить, что люди с такими возможностями, как у твоего близкого родственника, не помогают тебе. Какая у тебя мотивация?

— Я просто считаю, что с офигенным образованием за границей, со связями, которые у меня есть…

— … что это за связи у тебя есть? Это твои друзья или ты говоришь о каких-то других связях?

— Это мои друзья, с кем я учился в школе, с кем я общался и так далее. Они достаточно разные и, конечно, мои связи мне помогают, грубо говоря, постучаться в дверь, но, чтобы открывать дверь ногой, нужно делать больше самому.

— Чем ты дальше хочешь заняться?

— У меня много разных идей на самом деле. Я не знаю, как жизнь пойдет, не хочу ничего загадывать, потому что я считаю, что это все-таки рынок и он меняется и не имеет смысла, на чем-то одном фокусироваться. У меня много интересов.

— Ты сейчас закончил школу в Лондоне, правильно?

— Она немного за городом.

— Собираешься переезжать в Нью-Йорк, а твой бизнес находится в Москве. Почему не за границей [открываешь бизнес] и планируешь ли ты после образования вернуться в родную страну?

— Ну, это ты сказал, что не за границей. Я такого не говорил. Может, я и планирую расшириться за границу.

— То есть ты планируешь расшириться за границу?

— Ну да.

— Где тебе больше нравится жить — в России или на Западе?

— Слушай, это такой сложный вопрос, везде есть свои плюсы и минусы.

— Твой отец часто говорит, что не ведет образ жизни, как другие члены нашего списка. Он не тратит деньги на роскошные яхты. У него несколько домов, но это не так много по сравнению с Романом Абрамовичем…

— Я готов это подтвердить.

— Тебе импонирует его подход — что-то арендовать, не брать много недвижимости, не кичиться деньгами? Ты считаешь это правильным или ты другой?

— Ну, я считаю, что мне пока рановато об этом задумываться. Ты сам сказал: я только закончил школу, мне еще [нужно построить] дом, [завести] семью. У меня еще вся жизнь впереди, я пока еще не думал, какой подход лично я выберу, но, в принципе, я его уважаю за то, что он очень рационален с теми деньгами, которые тратит. Я считаю, что это очень важное качество.

— Вы друзья?

— С отцом?

— Да.

— Мы партнеры. Это другое.

— Что такое партнеры? Как в 18 лет можно быть партнером с отцом?

— Воспитание.

— Когда папа тебе сказал: сын, ты партнер?

— Это не совсем так было. Это годами выстраивались такие отношения, то есть они как бы доверительные с одной стороны, очень рациональные и в определенных рамках.

— Ты на «вы» с ним или на «ты»?

— На «ты». Я и с партнерами на «ты» тоже.

— Сколько тебе денег нужно для комфортной жизни в Англии и в Москве? Сколько ты хочешь и сколько ты сейчас тратишь?

— Мне кажется, чем их больше, тем лучше.

— Поделись планами ближайшими.

— Планы на что? Профессиональные или личные?

— Вообще какие планы.

— Мне, безусловно, интересен бизнес как карьера. С точки зрения личной жизни мне интересно иметь семью.

— У тебя есть девушка?

— Да, есть. Я занят.

— Как давно у тебя есть девушка?

— Скоро два года будет.

— С16 лет вы с ней встречаетесь?

— Да.

— Это настоящая любовь?

— Да.

— Мы увидим громкую свадьбу?

— Громкую свадьбу? На что накоплю, то и увидите.

— То есть папа не даст денег, ты думаешь?

— Во-первых, я у него и брать не собираюсь. Зачем?

— В одном из интервью ты говорил, что брать деньги у отца — это низко. Почему?

— Потому что у меня уже на старте намного больше возможностей, чем у большинства людей. У меня классное образование, связи, у меня допуск в элиту и так далее. У меня изначально уже гораздо больше всего, чем у среднестатистического россиянина. И я еще буду у отца бабки брать? Я считаю, что это низко. Я думаю, что я способен на большее.

— Что для тебя образование? Это фундамент или это круг общения? Многие ученики частных школ, которых я знаю, говорят, что братство, которое воспитывают английские школы, очень важно. Дружба после школы очень важна.

— Слушай, там дружба после школы — это немного иное. Во-первых, там связи немного в другой форме. Для меня лично образование — это, скорее, мой круг общения, мои интересы, ну и, конечно, фундаментальные знания. Собственно за этим сейчас я еду в Америку в школу бизнеса. Я хочу получить фундаментальные знания, но главная цель для меня это все таки обладать связями и в Нью-Йорке, и непосредственно в университете.

— Ты хочешь попасть в список Forbes когда-нибудь?

— Ну, посмотрим, как жизнь пойдет.

— Спасибо большое за интервью, увидимся.

Подробнее о бизнесе Александра Фридмана можно прочитать здесь.

Единственный сын президента «Лукойла» ушел из компании и занялся своим бизнесом, рассказал миллиардер в интервью «Ведомостям» в октябре 2018-го. Юсуфу через компанию «ЭКТО» принадлежит 60% ООО «ВТП» (транспортировка нефти), пополам с отцом он владеет ООО «Лукавто» (дилер Mercedes-Benz), его жена Алиса руководит ООО «Юсал» (управление недвижимостью). Еще у Юсуфа есть компания под названием «План Б» (производство безалкогольных напитков). «План А», впрочем, тоже никто не отменял: по завещанию Юсуф получит принадлежащий отцу пакет акций «Лукойла», но управлять компанией не будет.

*Здесь и далее указано состояние и место на 19 апреля 2019 года.

Дочь основного владельца компаний «Новатэк» и «Сибур» с 2016 года входит в попечительский совет New Museum. Ее отец в 2009-м создал фонд поддержки молодых российских художников «Виктория — Искусство быть современным» (V-A-C Foundation). С недавних пор Виктория занимается и бизнесом — летом 2018 года она стала единственным собственником строительной компании «Нова», подрядчика «Новатэка». Виктория принципиально не дает интервью, отказывается от общения со СМИ. О ее младшем брате почти ничего не известно.

В середине 1990-х у владельца НЛМК сгорела дача, он отправил сыновей за границу и с тех пор избегает разговоров о семье. Старший сын Дмитрий работает в компаниях отца с середины 2000-х, входит в советы директоров многих транспортных компаний холдинга UCL, курирует «Румедиа» (Business FM и Radio Chocolate). Юрий владеет люксембургской компанией по управлению капиталом RiskInvest Holding — ей принадлежит 4,25% Fletcher Group, в которую входят НЛМК и UCLH. Дмитрий считает, что отец передаст управление сыновьям «хоть завтра». Анастасия учится в МГУ.

Сын основного акционера УГМК окончил Лондонскую школу экономики и бизнес-школу Hult, работает в группе отца заместителем гендиректора по коммерческим и финансовым вопросам Челябинского цинкового завода. Вместе с казахским бизнесменом Кенесом Ракишевым является партнером израильского венчурного фонда Singulariteam (инвестиции в финтех). В конце 2018-го стал почти стопроцентным владельцем компании «Инфрамайн» (цифровые решения для металлургической, угольной и химической промышленности). Среди клиентов «Казцинк», Glencore и УГМК.

Старшая, Наталья, изучала литературу в Оксфорде. Вернувшись в Россию, по словам источников Forbes, занялась кино. Ксения окончила Эдинбургский университет, изучала философию и французский. У нее два сына. Муж — Глеб Франк, сын гендиректора «Совкомфлота» Сергея Франка. В 2018 году Ксения продала свои 12,5% акций «Согаза», доставшихся от отца. Она работает в Благотворительном фонде Елены и Геннадия Тимченко, который занял первое место в рейтинге благотворительных фондов российских миллиардеров Forbes. Младший сын Иван родился в Хельсинки, изучает международные отношения в Женевском университете.

Жена владельца компаний «Еврохим» и СУЭК, бывшая солистка белградской группы Models Александра Мельниченко (в девичестве Сандра Николич) родила в 2017 году второго ребенка — мальчика Адриана. Дочери Мельниченко Таре семь лет. Дети вместе с родителями путешествуют по всему миру — у Мельниченко есть дома в Монако, Франции, США, Великобритании, Швейцарии и России и две мегаяхты: крупнейшая в мире парусная яхта «А» и моторная яхта «А». Последний раз семью в полном составе видели на общественном пляже карибского острова Ангилья в конце марта 2019 года.

Дети владельца ГК «Ренова», попавшего под санкции США, тесно связаны с Америкой. Оба окончили Йельский университет. Ирина в 2005-м стала соучредителем НП «Йельский клуб» в России. Александр — гражданин США по рождению, работал с венчурным фондом «Реновы» Columbus Nova Technology Partners (CNTP), владеет автосалонами Ferrari в Денвере и Филадельфии. Ирина до 2002 года работала в Нью-Йорке аналитиком Citigroup, а в 2002–2009 годах — в СУАЛе и «Ренове». Сейчас живет в Москве с двумя детьми и мужем Салаватом Резбаевым, основателем Trilogy Capital Group.

Летом 2015 года единственная дочь генерального директора Уральской горно-металлургической компании (УГМК) окончила Ломоносовскую школу «Интек» в Истринском районе Подмосковья с золотой медалью «За особые успехи в обучении», после чего поступила на платное отделение экономического факультета Высшей школы экономики (ВШЭ). По окончании третьего курса бакалавриата в 2018 году Мария Андреевна Козицына в общем рейтинге 272 студентов своего курса занимала 127-е место со средним баллом 6,96 из 10 возможных.

В октябре 2018 года совладелец «Лукойла» Леонид Федун передал сыну и дочери 17 млн акций из своего пакета. Сейчас эти акции стоят почти $1,5 млрд, но могут ли дети распоряжаться ими по своему усмотрению и сколько приходится на каждого, не раскрывается. Сын Антон живет в Лондоне, управляет своими люксовыми отелями The Ampersand Hotel и Vintry & Mercer. Он окончил Университет Суррея по специальности «менеджмент и туризм» и бизнес-школу Regents. Его сестра Екатерина училась в МГИМО и в том же Regents. В 2014-м она вышла замуж за Юхана Гераскина, технического директора ФК «Спартак» (до октября 2018 года).

Старшая дочь владельца Магнитки Татьяна в середине нулевых занималась поставками продукции комбината за рубеж. Позже начала собственный бизнес: имела долю в стройцентре «Строй Двор», сейчас у нее строительная компания «Реконструкция». Ольга проработала на комбинате отца 13 лет, в последние годы — директором по финансам московского представительства ММК. В 2017 году ушла с этой позиции, сохранив место в совете директоров. Ольга владеет виллами (Villa les Figuiers и Villa Nellcote) во Франции, которые ранее принадлежали ее отцу. В 2013 году снялась в эпизоде фильма Тимура Бекмамбетова «Елки-3».

В 2013-м владелец «Интерроса» Владимир Потанин первым в России присоединился к «Клятве дарения», пообещав отдать не менее 50% своего капитала на благотворительность. Его старшие дети увлекались аквабайком: сын — многократный чемпион России, дочь — трижды чемпионка мира. После аквабайка Анастасия занялась танцами, благодаря чему познакомилась со своим мужем, танцором Артемом Кручиным. В 2018 году они сыграли свадьбу в Антибе. Иван — аналитик в нью-йоркской LR Global, Василий учился в Нью-Йорке в Friends Academy. Во втором браке у миллиардера есть дочь Варя и сын.

Старшая дочь основателя «Альфа-Групп» Лора во время учебы в Йеле танцевала в балетной труппе Yaledancers, после выпуска подписала контракт с Израильским государственным балетом. Катя, окончив Йель, осталась в Нью-Йорке и с августа 2018-го работает в компании Teneo (управленческий консалтинг). Сын Александр летом окончит Севенокс и переедет из Англии в США — будет учиться в бизнес-школе Штерна. Он уже занимается бизнесом как соучредитель event-агентства «Артист Банк» и компании AFF Hookah (кальяны по аутсорсингу). Младшая, Ника, пока учится в Москве.

С первой женой Еленой Митюковой владелец «Северстали» развелся в 1996 году, когда сыну Илье было десять лет. Мордашов с ним давно не общается. От второй жены, тоже Елены, у него два сына — Кирилл и Никита, им Мордашов передаст 65% акций золотодобывающей компании Nordgold. Это позволит братьям стать участниками списка Forbes. С третьей женой Мариной у бизнесмена трое детей. Они все учатся в школе Wunderpark на Новой Риге, которую открыла их мама.

Дочь основателя сети «Магнит» окончила Кубанский государственный университет по программе «экономика». На старших курсах университета Полина стала участвовать в жизни отцовской компании: присутствовала на совещаниях, общалась с начальниками подразделений, вникая в подробности управления. Но Галицкий не хочет, чтобы она занималась бизнесом. «Я видел бизнес. Я не хочу такую жизнь своей дочери», — говорил он в интервью «Русским норм!». Опасения бизнесмена небезосновательны: открытый летом 2018 года фитнес-центр «Сайклклаб», в котором Полине принадлежало 50%, сейчас ликвидируется.

Старшая дочь экс-владельца «Уралкалия» Екатерина занимается верховой ездой. Благодаря этому познакомилась с внучкой Аристотеля Онассиса Афиной и договорилась с ней о покупке греческого острова Скорпиос. Сейчас он принадлежит семейному трасту, Екатерина — бенефициар. На острове сыграли ее свадьбу с уругвайским финансистом Хуаном Сартори, который хочет стать президентом Уругвая. У пары двое детей. Младшая дочь Рыболовлева Анна живет в Швейцарии с его бывшей женой Еленой, которая после развода получила $600 млн и вошла в список Forbes.

Сын совладельца «Евраза» начинал карьеру в компании отца. Отработав около года, он перешел в УК «Тройка Диалог» на должность аналитика по телекомам и IT-сектору. Наследник миллиардера попробовал себя и на госслужбе в «Росатоме», но разочаровался и уехал в Лондон получать MBA. Там же будущий бизнесмен устроился на работу в венчурный фонд DFJ Esprit, а позже вместе с другом, с которым учился во ВШЭ, создал уже свой фонд. Сейчас под управлением Target Global находится более $700 млн.

Дети акционера LetterOne, председателя совета директоров банковской группы «Альфа-банк» Петра Авена в 2016 году окончили учебу в Йельском университете и остались в Нью-Йорке. Денис, который изучал экономику и математику, сначала работал аналитиком в инвесткомпании Lazard, а в августе 2018-го перешел в Warburg Pincus, где специализируется на инвестициях в сектор ТМТ (технологии, медиа и телеком). Дарья работала координатором по развитию продуктов в нью-йоркской компании MAC Cosmetics, а в январе 2018-го перешла в Tom Ford.

У Алексея Кузьмичева, партнера Михаила Фридмана по «Альфа-Групп» и LetterOne, в конце октября прошлого года родились дочки-двойняшки Марго и Тая. Их старший брат Алексис живет в Париже, учится в одной из лучших частных школ Франции, играет в теннис, любит музыку, с большим удовольствием слушает хард-рок. Новогодние каникулы провел с отцом в Санкт-Морице, вместе катались на лыжах. Маму Светлану Кузьмичеву-Успенскую с двухмесячными девочками оставили внизу, на море в Сен-Тропе.

У старшей дочери совладельца LetterOne Евы в 2018 году родился сын, его назвали Борисом, в честь прадедушки. Ева живет в Лондоне с мужем, голландским юристом Алексом ван дер Цваном, до недавнего времени сотрудником фирмы Skadden. В апреле 2018 года его приговорили к 30 дням тюрьмы за дачу ложных показаний агентам ФБР о его связях с Риком Гейтсом, партнером бывшего руководителя избирательной кампании Дональда Трампа Пола Манафорта. Младшая дочь Эля учится в Веллингтон-колледже в британском графстве Беркшир.

Единственный сын основного владельца Трубной металлургической компании и группы «Синара» живет с женой и двумя детьми в Женеве, управляет швейцарским инвестфондом Lera Uncorrelated Fund, который размещает капитал в хедж-фонды. Он участвует в развитии семейного винодельческого хозяйства Bebian, расположенного на юге Фрафнции в Пезенасе. Бизнес отца ему интересен — Александр входит в советы директоров «Синары» и ТМК, возглавляет совет СКБ-банка, занимается развитием группы СКБ (включает Газэнергобанк и ДелоБанк). Играет в теннис, увлекается авиацией.

Ярослав Бабушкин, Нинель Баянова, Андрей Сатин, Андрей Родин

Источник: "Forbes"